RSS

Close
Отримуйте інформацію від Національного бюро розслідувань України у соцмережах:

Twitter

Facebook

Что за фрукт этот новый прокурор Киева Ударцов?

июня 14, 2010

За первыми кадровыми назначениями Виктора Януковича отчетливо видна капающая слюна наступающих на страну донецких рэкетиров.

Речь, конечно же о назначении прокурором Киева Юрия Ударцова. Это назначение не должно оставить никаких сомнений у киевских предпринимателей в ближайшее время их будут грабить и насиловать с особым цинизмом. Так, как это делалось в Донецке и Луганске непосредственно Ударцовым.

Понятно, что Ударцов не более, чем “шестерка” того же Юры “Енакиевского” и компании. Понятно также и то, что столь срочно он призван в Киев именно для того, чтобы успешно надзирать за “законностью” передачи киевского бизнеса донецким “пацанам”. Причем, если вы думаете, что это коснется только крупного бизнеса то глубоко ошибаетесь. Крупные бандиты будут отнимать крупный бизнес, средние — средний, а мелкие оприходуют все вплоть до торговых киосков. Город, фактически отдан на разграбление. И отнюдь не на три дня.

Во-первых, “доны” еще раз продемонстрировали, насколько важны для них узы землячества. Помнится, сразу же после парламентских выборов 2007 года бывший президент открыто возмущался фактом засилья “донецких” в ГПУ: “Когда Генпрокуратура назначается по сути одним человеком из людей, которые должны обязательно работать возле Донецка или не более 100 км от него, скажите, это нормальная ситуация? Это нездоровый процесс для открытого общества”.

Так или иначе, но результат отмеченного Виктором Андреевичем “нездорового процесса” в ГПУ на сегодняшний день выглядит следующим образом: в высшем руководстве Генпрокуратуры из восьми человек пятеро (включая самого генпрокурора) связаны с Донецкой областью: там они делали первые карьерные шаги, сурово “надзирая” за процессом первичного накопления капитала нынешними “регионалами”; большинство там и родилось; а сын заместителя генпрокурора Пшонки, например, до 30 лет прокурорствовал в Донбассе, после чего отправился курировать борьбу с коррупцией в качестве депутата Верховной Рады от Партии регионов.

Во-вторых (и это, пожалуй, главное), даже в историю ГПУ, в которой навеки застряли имена таких деятелей, как Потебенько или Пискун, г-ну Ударцову удалось вписать ярчайшие страницы. Правда, после Майдана и отставки с поста прокурора Сумской области, который г-н Ударцов занимал при “донецком” губернаторе Сумщины Щербане, нынешний столичный прокурор вел себя достаточно осмотрительно, возглавляя последовательно прокуратуры Луганской и Донецких областей. Но это уже было и без надобности, поскольку на ранних этапах своей карьеры г-н Ударцов зарекомендовал себя с самой “нужной” стороны.

“Дело стачкомовцев”

Лето 1996 года запомнилось дончаном акцией протеста шахтеров, перекрывших движение на основных транспортных магистралях Донецка и на важнейших железнодорожных путях. Акция закончилась практически ничем, но власти решили примерно отомстить тогда еще самостоятельным лидерам шахтерского движения. В начале августа 1996 года в Славянске были незаконно задержаны члены донецкого стачкома угольщиков. Они приехали встретить с поезда своего лидера Михаила Крылова, который возвращался из Москвы, и вышел в Харькове, дабы “соскочить с хвоста”.

Но как только они пересекли границу Харьковской и Донецкой областей, славянские стражи порядка — “беркутовцы” — их всех и повязали.

Крылова отделили и отправили в ИВС Донецка. А его трех друзей — в Славянский горотдел. Там их держали трое суток. Никаких законных документов не предъявляли, только допрашивали — куда ехали и прочее. Изъяли содержимое карманов и даже кассету из автомагнитолы. “Жигули” арестовали тоже. И только после скандалов стачкомовцам разрешили в туалет выпускать. Еду приносили сами милиционеры, покупая ее на деньги задержанных.

Потом пришла команда сверху, и их отпустили — без извинений и объяснений.

Стачкомовцы начали борьбу за свои права. Писали жалобы, подавали ходатайства прокурору Славянска Ударцову. Ведь он не мог не знать, кто дал приказ людям в масках с автоматами бить стачкомовцев о капот ”жигуля”.

Дело в Славянске волокитили более года. Потом — стали биться в прокурорские ворота облпрокуратуры. Ответа так и не последовало.

Впрочем, это дело показало, как умеет “хоронить” скандальные дела Ударцов во имя спасение имиджа региона. И так исторически сложилось, что многое ему выпало делать по-пионерски — уникально. “Крыловское” уголовное дело было первым протестным (сейчас вон сколько таких и никого не судят — кроме УНСО).

“Дело Поддубного”

Федор Поддубный стал первопроходцем в деле частного образования. Тогда много писали о том, как он умудрился на базе Славянского авиационно-технического училища создать Международный институт управления, бизнеса и права (МИУБП). Амбиций хватало, чтоб обещать всей Украине сделать в Славянске “Гарвард”. Удивительно, но многое получилось — мощная материальная база, преподаватели, покровительство тогдашнего (в 1994 году) Кучмы и губернатора В. Щербаня. Мощные связи в Киеве разрешали многие вопросы. А в 1996 году началась у Федора Ивановича черная полоса: темпы и масштабы роста его детища воспринимались многими государственными ректорами с дикой ревностью. Самый влиятельный из них немало сделал, чтобы начать “выскочку” задавить.

И вдруг (через 5 лет существования) обнаружилось, что лицензии у вуза нет, сам Поддубный не имеет высшего образования, что студенты платят за учебу (якобы, за деньги можно и диплом купить). И вообще — как может быть в стране частное высшее образование? Была еще одна версии наката на Поддубного: он по тем временам решился на дерзкий план — при своем вузе открыть (база позволяла) центр социальной адаптации военнослужащих. Под это дело ожидались солидные бюджетные средства.

Федор Иванович долго держался, используя всякие приемы — опять же связи, покровительство и банальное поощрение своих защитников. Но все было тщетно — тогдашний мэр Жильцов вместе с депутатами горсовета сочли вредность такого вуза в городе. Начались наезды всяких проверяющих органов, аресты счетов, задержка зарплаты сотрудникам.

Понятливый Поддубный скрылся, оставив вместо себя ядро верных соратников. Те даже организовали у стен Донецкой обладминистрации пикет из преподавателей, чтоб Федора Ивановича не травили, а дали работать вузу. Сам Поддубный в это время в России открывал филиалы и поддерживал конспиративную связь с малой родиной. Но пришел час, и его таки задержали в Москве на Белорусском вокзале. Он собирался ехать в Минск на очередную встречу со своими соратниками и единомышленниками. Это случилось 15 мая 1996 года.

Тогда же начался не анекдот, а проза законности по-славянски. Москвичи задержали Поддубного по запросу дончан. Но, видя состояние Федора Ивановича, поместили его в больницу. Оттуда через месяц больной человек был натурально выкраден и вывезен через границу в Украину. Кем? Двумя славянскими милиционерами и одним славянским ОБОПовцем.

“Гарвардского мечтателя” незаконно перевезли через российско-украинскую границу на заднем сиденье легковушки все время прикованного наручниками к “держакам” над дверцами салона. Но даже через два года адвокаты Поддубного в девяти томах уголовного дела не смогли обнаружить ни одного листа по процедуре передачи и транспортировки задержанного. Гонцы исполняли задание. Ведь это прокуратура Славянска возбудила уголовное дело 44-21983 в отношении Федора Поддубного и именно местный прокурор Юрий Ударцов выдал санкцию на арест ректора.

Тогда все попытки заставить беглеца “понять ситуацию” оказались тщетными: тот отказываться от своего вуза в пользу конкурентов не желал. Тогда из ИВС Славянска упрямца перевели в СИЗО-2 города Артемовска, где он 30 мая был повторно задержан и повторно арестован (уже будучи задержанным и арестованным). А прокурор Ударцов, нарушив ст. 156 УПК, продлил срок содержания под стражей до 30 августа (а не до 15 августа, как требовал закон), превысив свои полномочия. 68-летний старик жаловался, писал ходатайства, но личные деньги тратить на снятие проблем никак не хотел.

Прокурорский счет к Поддубному был суров — букет статей (за нарушение валютных операций, уклонение уплаты от налогов, должностной подлог, мошенничество). Но ректор стоял на своем, а потому 17 января 1998 года случилось с ним ЧП. Ночью в камере ректор как-то странно травмировался. На пресс-конференции прокурор Ударцов местным журналистам растолковывал хронику событий. Якобы Поддубный упал … во сне, ударился головой о батарею. И, конечно, получил сотрясение мозга, рвано-рубленную рану носа, гематому правой лобной части головы.. Зачем для столкновения с батареей Федор Иванович летел по горизонтали несколько метров, Ударцов объяснять не стал, и уголовное дело по этому странному факту причинения ущерба здоровью возбуждать не стал. Ректор же твердил, что помнит, как его ударили по голове и все — вырубился. Еще раз Поддубный обращался к Ударцову, опасаясь за свою жизнь — просил защиты. Увы. Сменилось 5 следователей, прошло еще 2 года, прежде чем Поддубного освободили — до суда.

Позже выяснилось, что по Указу Президента от 24 июля 1998 года его дело попадало под амнистию, а все инкриминируемые ему статьи или не предусматривали взятия под стражу, либо были введены в действие после событий, на которых строилось обвинение.

Так что, все четыре статьи “сыпались” с самого начала, и два года не стоило “перевоспитывать” камерным содержанием реформатора.

Но все это время Ударцов неутомимо раздавал интервью, созывал пресс-конференции, не скупясь в определениях. Рассказывал, что его подчиненные разослали 300 студентам вуза повестки, и они приедут в суд свидетельствовать против Поддубного. Но летом 2000 года в одном из кабинетов Донецкого облсуда тихо закончилось это многолетнее скандальное дело. Федор Иванович ныне доживает свой век — в болезнях и безвестности. Вуза нет, и куда подевалось его имущество на многие сотни тысяч гривень, десятки компьютеров, автомобили, мебель и прочее добро, вроде бы никто не знает.

А в Донецкой области за это время проклюнулось много последователей авантюрных идей Поддубного — частные школы, лицеи, вузов и академий масса. Каждый какой-никакой ректор или просто тщеславный человек имеет массу импортных регалий, званий и титулов — от магистров — до лунного гражданства. И ничего — теперь это называется имидж.

“Дело клонов”

Сие явление (появление двойников кандидатов в депутаты) тоже теперь норма для Украины. А “пилотный” проект стартовал именно в Славянске, на выборах летом 1998 года. Заметим, что это были повторные выборы в 58- округе — после того как в марте 98-го коммунисту А. Хмелевому удалось убедить ЦИК, что победа А. Лещинского сомнительна.

Сначала стоит напомнить о некоторых пикантных подробностях того избирательного противостояния. Тогда оппоненты тогдашнего кандидата, а нынешнего нардепа Александра Лещинского вменяли ему в вину, что он не соответствует норме избирательного закона о пятилетнем проживании в Украине и наличии соответствующего гражданства. Вот как этот казус разъяснял в местной прессе прокурор Юрий Ударцов: “К нам обратилась группа-фракция депутатов по поводу проверки гражданства Лещинского. Оно было напечатано во многих газетах и выглядело сенсацией. Мы затребовали материалы в областной прокуратуре, в суде г. Донецка, подняли соответствующий Приказ Президента, и было выяснено, что Лещинский имеет полное право баллотироваться. В Украине он постоянно проживает более пяти лет…”.

Опустим здесь нормативно-правовую лексику прокурора Ударцова, не отличавшего Указ от Приказа, но в опубликованном в местной прессе якобы Указе Леонида Кравчука от 22 июня 1994 года за номером 331/94 говорилось: “В соответствии п. 10 статьи 114-5 Конституции Украины и статьи 17 Закона Украины “О гражданстве” Украины. Принять в гражданство Украины: … 23. Лещинского Александра Олеговича (с сыном Леонидом, 1985 года рождения), 1964 года рождения, уроженца города Днепропетровска, который проживает в городе Донецке”.

То есть Александр Лещинский, по мнению оппонентов в 1998 году еще не имел права на народное доверие. Но странное дело — попытка проверить подлинность этого документа даже сейчас натыкается на необъяснимое препятствие. На официальном сервере Верховной Рады, где опубликованы все Законы Украины и Указы Президента, содержится упоминание даже о тех актах, которые “Не для печати” или само название которых является государственной тайной. Но все Указы за 22 июня 1994 года, начиная с номера 325/94 по 333/94 включительно, уничтожены чьей-то “заботливой” рукой. Остается только догадываться, какого рода люди стали нашими согражданами в тот день.

На фоне этого не менее скандальным было появление на округе еще двух кандидатов с именем Александр Лещинский, на пресс-конференции которых съезжались журналисты даже из Киева. ПиАр имени получился не слабый — она была у всех на слуху. Позже клонированные “кандидаты в депутаты” на специально устроенном брифинге слезно каялись и убеждали, что действовали незаконно и небескорыстно в интересах конкурентов своего тезки. В общем, Александр Лещинский оказался весь в белом, а соперники в …

Показательно, что тягчайшие публичные обвинения не вызвали никакой должностной реакции у городского прокурора. Информация с обвинениями конкретных лиц в совершенном преступлении на подведомственной Ю. Ударцову территории была отдана в обработку только прессе. Тогда на все это прокурор Ударцов откликнулся поразительно прозорливым резюме: “Идет политическая борьба. Какая афера? Я не вижу тут никакой аферы”.

Так и осталось загадкой — почему это ЦИК “освободил” прокуратуру от их служебного долга надзирать за соблюдением законности реализации гражданских прав граждан – ”славянцев”.

“Дело Игоря Александрова”

Не знаем всех перипетий карьерного роста г-на Ударцова, но имя себе он сделал в конце девяностых, в тихом Славянске. История эта, в общем-то, не забылась, а потому процитируем ее предельно краткое изложения на сайте Института массовой информации. Вот что пишет об Ударцове Александр Ермоленко:

“Именно этот человек стоял у истоков смертельной борьбы Александрова за свободу слова. Около 5 лет тому тогдашний прокурор г. Славянска Юрий Ударцов личной подписью завизировал обвинительное заключение журналисту, тем самым “раскатав” на 2,5 года самый позорный для Украины судебный процесс. Он завершился уникальным приговором для И. Александрова — запретом на профессию, на 5 лет невозможностью заниматься журналистикой и “комментаторской деятельностью”. За то, что Игорь посмел в своей передаче изложить свое мнение о кандидате в нардепы Александре Лещинском.

Больших усилий стоило адвокатам журналиста А. Саркисову и А. Лагунову добиться отмены того приговора. Отправленное на очередное расследование дело об “оскорблении” суд г. Славянска 10 июля 2000 года все же вынужден был закрыть по веской причине — по пункту 7 части 1 ст.6 УПК — за отсутствием жалобы потерпевшего”.

Позже, в том самом роковом для Игоря Александрова 2001 году, сам тогдашний Генпрокурор Михаил Потебенько отказал в возбуждении по требованию журналиста уголовного дела в отношении Ударцова. После чего Александров с заявлением о неправомерных действиях Ударцова и его подчиненного обратился уже в Европейский суд…

Но еще раньше ретивый горпрокурор был замечен и повышен в должности — стал заместителем прокурора Донецкой области.

“Дело Алтынника”

Среди его “успехов” на новой ниве стоит отметить один эпизод — как в силу опять-таки его сомнительности, так и в силу того, что от “корней” своих г-н Ударцов никогда не отрывался. В феврале 2000 года в Донецке был арестован Владимир Алтынник. Практически до самого ареста он на протяжении многих лет занимал пост главы регионального отделения Фонда госимущества. В последние годы, очевидно, нелегко приходилось Владимиру Николаевичу, хотя бойцовских качеств ему было не занимать.

С момента ареста и на протяжении всего многомесячного следствия Юрий Ударцов не скупился на различные комментарии на пресс-конференциях. Алтыннику приписывались страшные суммы (от 2,5 млн грн. до “сотен миллионов гривень”), грехи и сроки (до 12 лет). Количество эпизодов увеличивалось и увеличивалось, возбуждались вдогонку новые дела, а когда по решению суда (истек законный срок содержания под стражей) Алтынника выпускали из СИЗО, то пожилого человека прямо у тюремных ворот арестовывали вновь, попутно избивая его родных и близких.

Ну и чем все кончилось? Обвиняемый был признан виновным лишь по одному из эпизодов (связанному с приватизацией многолетнего “долгостроя” в центре Донецка за слишком уж символическую цену). Причиненный им государству ущерб оценен в 26 тыс. грн. Вердикт суда — два года заключения условно. Донецкая областная прокуратура, представлявшая обвинение, сразу же заявила о намерении подать кассацию в Верховный суд по поводу столь мягкого приговора. Но Верховный суд оставил решение донецких судей без изменений.

Так почему такого страшного “злодея” держали почти год за решеткой? Ответ на этот вопрос общественное мнение Донецка (тогда еще прорывавшееся на страницы прессы) дало однозначный: Алтынник просто не устраивал команду “новых дончан”, энергичных и “безобломных”, сменивших поколение Звягильского. Много говорилось о приватизации местных хлебокомбинатов, часто упоминалась фамилия все того же депутата Лещинского, которого в 1998 году Игорь Александров якобы оклеветал, и одного из его ближайших соратников Сергея Лазаренко. Именно в Славянске, в борьбе за масложировой комбинат (ныне известный широким кругам потребителей майонеза и подсолнечного масла под торговой маркой “Славолия”) Сергей Жоржевич проявил себя ярко и дерзко, вплоть до участия в штурме заводской проходной. Как раз г-н Лазаренко и возглавил после Алтынника Донецкое областное отделение Фонда госимущества. А ныне является заместителем главы всеукраинского Фонда госимущества, помогая “команде Ахметова” ураганным способом сметать государственную собственность в свои карманы.

“Дело о “бунте малолеток”

Это ЧП тоже прогремело на всю Украину. Зимой 2001 года в Мариупольской колонии для несовершеннолетних (поселок Каменка) взбунтовались обитатели. “Отдуваться” перед прессой вновь пришлось Ударцову, что он ринулся исполнять ретиво.

На пресс-конференции рассказывал больше о себе — как прямо ночью туда помчался. Потом — кино из разгромленного пацанами здания, лазы в стенах и пр. Дознание шло вроде тщательное. Но на все же проговорился, что эта колония — лучшая в Украине и там недавно шла плановая проверка и ничего не обнаружили тревожного. Но позже выдал — что там недокомплект кадров, что одни тетки — на смотровых вышках и без оружия, что оружейная комната (куда рвались пацаны) дверью на соплях держится и зарплата очень низкая, и случаи неположенных передач с воли часты, что отроков содержали вместе с 18-летками с тяжкими статьями. Говорил что-то про мотивированную стрельбу, которой пацанов отсекали. Позже стало известно, что пара подростков всерьез были подстрелены. На суде все эти мотивы вскользь озвучивали. Проверка спецкомиссии нардепов выявила (и на суде это подтвердилось), что бунт спровоцировали сами надзиратели: они за деньги своим подопечным приволокли с воли самогон. Те и упились. Но виновными остались только малолетки.

Конечно, по итогам суда никаких пресс-конференций Ударцов уже не созывал. Начальника колонии куда-то подвинули и все.

Этим случаем Ударцов еще раз блестяще продемонстрировал свой талант минимизировать скандальные дела.

А Святослав Пискун, верный своим традициям тащить за собой все криминально-прокурорские кадры, в очередной раз дал шанс Ударцову прославиться на ниве нарушения законности.

ОРД, ПРОПАГАНДЕ НЕТ, Свет и тени, перепечатано с сокращениями

2 856 переглядів

Комментариев нет

Комментариев нет.

RSS-лента комментариев к этой записи.

Извините, обсуждение на данный момент закрыто.

ТАКОЖ ПО ТЕМІ

ОСТАННІ РОЗСЛІДУВАННЯ


БанкИск - Сообщество обманутых банками клиентов
Украина онлайн статистика Спротив. Часопис про свавілля влади та громадський спротив незаконним діям Rambler's Top100