RSS

Что страшнее смерти, — о чем говорят солдаты

ноября 27, 2015

Poroshenko-Misk1-500x416

 

Когда пытаешься как волонтер «заткнуть» как можно больше дыр  в обеспечении бойцов, стоящих сегодня на передовой – на общение с ними часто просто не хватает времени. Разговоры ограничиваются обменом информацией о потребностях того или иного подразделения и сообщениями о возможной помощи.

Но на днях мне удалось поговорить по душам с бойцом одного из подразделений, которым мы помогаем. И знаете, что самое страшное для людей, которые там, на Донбассе, каждый день рискуют жизнью? Отнюдь не возможность погибнуть в любой момент. Оказывается их «убивает» «совок», которым пронизана наша армия через четверть века после распада СССР…

Я не смогу передать то, что услышал от этого парня, своими словами. Поэтому записал все, о чем он мне рассказывал…

— Знаешь, Леня, что сейчас самое страшное в армии? Отношение кадровых военных к добровольцам. Многие мобилизованные полностью разочаровываются в службе еще на этапе 45-дневной подготовки к отправке на постоянное место службы.

Вот представь: мужику – 30 или 50 лет. Он  бросает дом, семью и идет защищать Родину. И вполне оправданно считает, что уже совершил небольшой моральный подвиг. А его встречают обращением «макаки», «хобота», «слоны»… «Не будет вас – придут другие»…

Нет в армии уважения к солдату как к человеку, как к личности.

Может, человеку, который не был в армии, кажется: это же пустяки – по сравнению с тем, что на Донбассе сейчас идет война. Вас, мол, убить могут в любую минуту – а вы обращения на «вы» требуете… А что, если у человека еще до отправки в зону АТО отбивают всяческое желание служить? Если это на корню убивает боевой дух рядового состава? Кому понравится, если к нему относятся, как к скоту, который государство загоняет на Донбасс, как в стойло? Людей, которые не прятались от мобилизации, которые не выискивали и не придумывали себе хронических болезней, которые готовы терпеть все тяготы и то, что на фронте не хватает всего? Мы ведь прекрасно понимаем, что у страны сейчас – тяжелые времена. И государство не может не то что обеспечить армию всем – даже на самое необходимое не хватает…

Да, сейчас ситуация с обеспечением немного улучшилась. Поначалу же был кромешный ужас: вещмешки, с которыми нельзя было идти в бой, потому что они моментально промокали, синтетические шапки, от которых невероятно чесалась голова, форма из ткани, которая при попадании огня буквально вплавливалась в кожу…

А по поводу личного состава – самая главная проблема в том, что молодежь в военных академиях так и не начали учить нормально обращаться с людьми. Бывает всякое – люди ведь разные. Кто-то закурил не вовремя, кто-то выпил… Но ведь и ситуация от мирного времени отличается. Как-никак, не 18-летних юнцов набирают, которых потом муштровать надо – взрослые дядьки на войну идут. Те, кто прошел и Крым, и Рим. И задача офицеров – из этой разношерстной компании взрослых, сформировавшихся людей, создать единый организм, своеобразную семью. Чтобы у людей была мотивация и за товарищем раненым под пули бросаться, и долг свой выполнять – до конца.

Мы ведь – такие же добровольцы, как ДУК. Просто я, когда решил идти защищать Украину, понимал, что без артиллерии эту войну нам не выиграть. А у «Правого сектора» не будет того оружия, которое мне может дать государство. Как ни крути, переть против орудия калибром 152 мм с автоматом наперевес – безумие. Поэтому я пошел в ВСУ. В нашей четвертой волне процентов 80 людей – такие же. В военкомате им говорили: да у тебя вот болячки, да у тебя дети… А они отвечали: ничего у меня не болит. Поставьте печать – и я пойду воевать.

И пошли. В подчинение офицерам по 22-25 лет. Которые, несмотря на юный возраст, воспитаны по советскому коммунистическому принципу: никакого уважения к личному составу. Ни на словах, ни в действиях.
Из 60 человек в моей батарее — 50 мобилизированные добровольцы. Скоро – демобилизация. Никто из них не хочет продолжать службу – именно из-за морального климата.

Причем, бардак то происходит не только на этом уровне. Он – выше. Он – в головах командования. Вот мы стоим на передке. Тут принимается решение, что нам нужно поучиться, потренироваться. И вся эта техника, все вооружение перебрасывается вглубь страны – для учений. Когда бабушка-пенсионерка отдает на армию последние 10 гривен – выбрасывать на ветер 7-8 миллионов, чтобы устроить такой «вояж» куда-то в Житомир или Винницу, просто для того, чтобы там настреляться – это кощунство. Разве нет? На Донбассе полно степей, пустырей, есть где пострелять и потренироваться. Зачем так бездумно сорить деньгами?

Противно… Многие сегодняшние офицеры – «достойные» последователи крымской милиции и СБУ, которым мы в Феодосии еду возили – а они в это время уже подписывали контракты с РФ. Сегодня вижу практически то же: многие офицеры украинской армии пророссийски настроены. Многие этого даже и не скрывают.

Армия держится сегодня на тех чокнутых, которые, не взирая на возраст, делом подтвердили любовь к своей Родине, к своей земле, к своим корням. А не на кадровых военных, головы которых забиты тем, как списать солярку, как получить 100 банок тушенки, а солдатам выдать лишь 30, как побольше набить себе карманы…

Даже самый большой энтузиаст, поварившись в этом дерьме, скисает максимум через полмесяца. Мы не ощущаем себя героями. Я прошел много участков фронта – везде одно и то же. Нигде не работают политруки, хотя их работа в условиях войны нужна, как воздух.

Знаешь, Леня… Мне бы волю – я бы в один момент уволил всех этих «кадров», доставшихся нам в наследство после СССР и Януковича.

И особое внимание обратил бы на подготовку новых офицеров. Которых не будут учить, сопровождая обучение словами «вы – идиоты», «вы – скоты» — чтобы они потом не приносили эту же модель поведения в армию. Ведь пока все, что могут большинство украинских офицеров – проедать бюджетные и народные деньги. А превратить толпу мобилизированных в боевое подразделение им не дано.

Может, стоило бы разом всех уволить – и назначить на руководящие посты тех чокнутых радикалов, которые гвоздя у государства не украдут? Может, когда-то и наш президент, как в свое время Гавел, назначит министром государственной безопасности художника. По той простой причине, что «Лучше пусть он будет 5 лет ошибаться, чем 5 лет работать со злым умыслом»?..

Это – далеко не все, о чем говорил этот боец. И возможно, в следующий раз я расскажу вам остальное.

Леонид Краснопольский, Национальное бюро расследований Украины

828 переглядів

Комментариев нет

No comments yet.

RSS feed for comments on this post.

Sorry, the comment form is closed at this time.

ТАКОЖ ПО ТЕМІ

ОСТАННІ РОЗСЛІДУВАННЯ


БанкИск - Сообщество обманутых банками клиентов
Украина онлайн статистика Спротив. Часопис про свавілля влади та громадський спротив незаконним діям