RSS

У фокстротовских “мокрушников” все схвачено?

декабря 30, 2008

За освобождение четверых тружеников донецкой сети «Фокстрот», подозреваемых в вымогательстве, незаконном лишении свободы, финансовых махинациях, принуждении к заключению договоров под угрозой убийства и покушении на жизнь, по слухам, были «проплачены» сотни тысяч.

PRO-TEST уже рассказывал, что Донецкому УБОПу удалось предотвратить заказное убийство дончанина Сергея Королева – посредников задержали в момент передачи денег наёмному убийце. А затем были обыски по месту работы главного «фокстротовского» охранника Пиуна. В «Фокстроте» нашли «черную кассу», не оприходованный товар, о которых говорила в своих показаниях бухгалтер-кассир Надежда Королева, и многое другое, что позволило задержать всею четверку подозреваемых. Но это не помешало донецкой учредительнице Лозовской, бывшему директору Крамару, и их «вышибалам» Пиуну с Пикаловым сначала «высудить» изменение меры пресечения, а затем попытаться закрыть уголовные дела. Причем, если покончить с делом «о заказухе» не вышло ни в Ленинском районном, ни в суде апелляционном, то дело о вымогательстве стараниями судьи Мищенко из Ворошиловского райсуда чуть было не замерло в зародыше.

19 декабря апелляционный суд не согласился с такой гуманной (по отношению к подозреваемым, но не к жертвам) позицией. Но Ворошиловский райсуд рассмотрит жалобу подследственных повторно. И если со второй попытки защите Крамара и Лозовской удастся доказать, что не было никаких издевательств над девушкой кассиром… Тогда судье Бухтияровой (рассматривающей иски Лозовской к Королевым), ничто не помешает взыскать миллионы по вымученным (в буквальном смысле) договорам.

У Лозовской еще при жизни мужа стоял на него в мобилке похоронный марш

В том, что Светлана Константиновна Лозовская – железная бизнес-леди, можно не сомневаться. Не каждая женщина поставит похоронный марш в качестве мобильной мелодии на звонок отца своего ребенка (пусть даже он уже и экс-супруг). И надо же – сглазила! Оказывается, Владимир Шульга, который ушел из жизни в марте 2008 года – не единственный основатель «Фокстрота», умерший при странных обстоятельствах.

Вот что рассказала нам Надежда Королева, пять лет проработавшая в главном офисе ООО «Электросвязь» (подразделение «Фокстрота», которое занималось оптом по безналичному расчету и управлялось теми же людьми):

– Когда я устроилась, главбух Ростецкая Елена Владимировна (в будущем – финансовый директор донецкой сети «Фоктсрот») два месяца учила меня как вести черную кассу. Реально рассчитывались черными, большинство товара не оприходовалось, а если проверка – быстренько задним числом оформлялись приходные накладные на этот товар. Так же если черный товар шел клиенту, и где-то его фура засветилась, нам отзванивались, мы передавали приходные накладные, делали договор с клиентом и передавали, а в договоре указывали что произведена отсрочка оплаты. И тогда оплата проводилась уже через банк. Черные деньги в кассу «Электросвязи» стекались со всех структур, которые принадлежали «Фокстроту». В день у меня по меньшей мере 200 тысяч долларов в кассу приходило, а все магазины вместе в день наторговывали максимум на 800 тысяч гривен. Основной учредитель по Донецку был Лозовский Александр Сергеевич. Хороший руководитель, царство ему небесное, при нем конфликтов внутри фирмы не было. Но в 2006-м он погиб. Повез крупную сумму в Киев и на трассе между Донецком и Киевом в светлое время въехал под фуру. Его пассажирка не пострадала, а вот деньги пропали. Эти деньги перед поездкой ему выдавала лично я.

После смерти Лозовского главной в Донецке стала бывшая жена, хотя были и другие претенденты на наследство.

– Грязные истории случались постоянно, – говорит Надежда. – Например, мы отгрузили людям товар, по черному получили деньги, а потом приехали и забрали товар. Слышала, были случаи, что и товар, и деньги отсуживали. Начальник охраны Пиун Иван Степанович и юрист наш Васьковский Александр Евгеньевич этим заправляли. А вот что произошло лично со мной в 2006 году: частный предприниматель просил отсрочку, ему отгрузили, а потом наслали на него вышибал (кроме штатной, у нас была и неофициальная охрана в лице двух бывших зэков под руководством Пиуна). На человека наезжают, угрожают… В конце концов он приезжает, звонит: я привез сумму – спуститесь, к вам подниматься боюсь. Меня послали принять деньги с двумя амбалами (нашими мальчиками, как мы их называли – которые на проценте от вышибания). Спускаюсь, стоит передо мной парень – видно, что испуганный, сует конверт. Хочу достать деньги, во второй руке калькулятор… Как только взялась, налетает опергруппа в масках с автоматами. Нас повалили, мне в руки конверт, чтобы не выкинула, затолкали в машину, отвезли в Ворошиловское РОВД (тот запуганный обратился в милицию с заявлением о вымогательстве). И там я по инструкции юриста Васьковского отвечаю, что мы случайные прохожие…

В этом случае «Фокстроту» удалось «порешать» быстро – уже вечером Надежду отпустили. По ее словам, в журнале ведения черной бухгалтерии в перечне расходов регулярно встречалось слово «взятка», и данный «инцидент» обошелся всего в 12 тысяч $.

– Для меня это было большое потрясение, а отец поругался с Михаилом Васильевичем Крамаром за то, что меня подставили… – продолжает Королева. – За мои страдания мне обещали путевку, но так и не оплатили. А в 2007-м новая история. Ко мне залетает Ростецкая и говорит: Светлана Константиновна обвиняет нас в пропаже 60 тысяч долларов – сумма, которую Лозовская забирала в конце каждого месяца. Мол, я не выдала. Поднимаю блокнот и вижу, что почерк не мой – сумма выдавалась бухгалтером. Если директора фирм брали деньги из черной кассы, то расписывались в соответствующих блокнотах, а Лозовская, Крамар, Ростецкая никогда не ставили подписи. А тут не учли, что дело было в последних числах декабря, перед новым годом, а Лозовская – большой любитель выпить и в кабинете у нее как раз шла пьянка. Видно, ей занесли пакет с деньгами, а она не запомнила. Ей Ростецкая намекнула, что меньше надо пить, а она обиделась и по офису распространила, что мы с Ростецкой воровки.

Наконец в начале 2008-го (за месяц до ситуации с двумя миллионами) произошла пропажа 60 тысяч долларов в Мариупольском филиале. Туда тоже отправили бригаду, «подозреваемых» посадили в подвал, после чего Лозовская неоднократно хвалилась, что не только вернула всю сумму, но еще и «наварилась».

«Я призналась, что взяла два миллиона, после того как получила по голове»

– 26 февраля 2008 года мы как обычно сделали сверку кассы около пяти, – говорит Королева, – Все было копейка в копейку. Обычно сдаем инкассатору, и потом переправляем в Киев, где наши поставщики и главная структура. Но тогда нам надо было накапливать гривневую наличку на зарплату (3 миллиона в месяц на это уходило) и мы накапливали. Утром 27-го приходим на работу – недостача… Причем, сверху на сейфе лежал пакет с долларами, он так и остался не тронутым. А из сейфа исчезла интересная сумма (не все!) – 1 млн. 999 тысяч гривен. У  нас 2 сейфа и ключи от входа в кабинет были – у меня, у главбуха, у бухгалтера, у Ростецкой, у Крамара и у начальника охраны Пиуна. И код от сейфа знали все эти люди. При этом офис охранялся и видеонаблюдение велось круглосуточно. Если бы хотели раскрыть кражу, достаточно было просмотреть видеозапись после окончания рабочего времени и до утра. Я выходила вечером в облегающей кофточке и с маленькой сумочкой, мне просто некуда было спрятать столько денег. И даже если выбрасывать деньги из окна (позже возникала такая версия), то под моими окнами – стоянка и тоже видеокамеры. Но Ростецкая сразу начала орать на меня: что моих родных перестреляют, меня разорвут на части, и у меня есть время до утра, чтобы вернуть деньги. У них с Крамаром шла война – кто будет главным в кассе. Крамар хотел видеть другого человека на ее месте, а пока получал деньги с ее разрешения. Мы строили помещения, он приводил своих строителей и получал от них откат, зарабатывал и на рекламе. А Ростецкая не хотела давать ему нажиться, и сама ремонты делала, и для себя лично брала из кассы. В этот раз Ростецкая обвинила меня в сговоре с Крамаром и что все это затеяно, чтобы убрать ее. Может, в этом и была доля правды – во всяком случае, моя первая мысль была такой: взял Крамар, а вернее охрана по его указанию, потому что охрана подчиняется генеральному.

В ТЕМУ:

Полный абзац, или Все позволено волчарам в лисьей шкуре

До утра Надежда так ничего и не надумала. Поэтому 28 февраля ее из офиса перестали выпускать. Михаил Крамар в это время находился в Киеве, но заместитель Пиуна – Игорь Пикалов сказал, что передвижение кассира ограничено по его личному приказу. К тому же Королева разговаривала с генеральным по телефону Пикалова и имела возможность убедиться кто «командует парадом». Причем, в отличие от Ростецкой, как уверяет Королева, узнав о недостаче, Крамар не удивился и не запаниковал. А поздно ночью позвонил пленнице, чтобы сделать предложение.

– Крамар сказал: «Надежда, есть серьезный разговор. Ты должна сказать, что деньги взяла Ростецкая и ее девки, и тогда деньги вернутся в кассу и все будет окей», – рассказывает Королева. – Я ответила, что не знаю, кто взял.  «Остаешься здесь, пока наверху не решат, что делать дальше», – объяснил мне Пикалов. «На что мы способны, знаешь», – это говорил уже Пиун. Я вспомнила офисные сплетни про то, что случалось с «воровитыми» бывшими директорами… А когда получила по голове (кто-то из «мальчиков» шибанул меня здоровенной папкой по затылку), то призналась, что это я взяла эти два миллиона… Отцу, который приехал на переговоры с Лозовской, ничего не стала говорить. Они объяснили, что отвечать все равно мне, а так еще подставлю свою семью. А папе стали внушать, что я наркоманка, проститутка, что у меня за границей есть хахаль, который меня ждет «с украденными деньгами». Перед тем как подписывать бумаги, Лозовская и Пиун силой влили в меня коньяк, который я вообще не переношу. Ухмыляясь, Светлана Константиновна говорила: «Тебе уже никто не поможет, но я хочу знать – что у вас здесь творится», я ответила честно: «Воруют все». После этой ночи я была почти без сознания.

Через сутки «ареста» Надя, ее отец и гражданский муж подписали договоры займа в общей сложности на исчезнувшую сумму. Нотариус (по словам Надежды – близкая подружка Лозовской) прибыла прямо в офис. По окончании этой «процедуры» Сергей Королев вынес свою дочь «с работы» на руках.

Надю и ее парня, который работал в том же «Фокстроте», уволили по собственному. Согласно подписанных договоров, «долг» разбили на троих: Королева должна была вернуть 20 апреля, ее отец – 20 июня, а парень – 20 августа 2008 года.

Сумма заказа показала, что ребята из “Фокстрота” насколько беспощаные, настолько и жадные

Рассказать близким правду Надежда смогла только через месяц.

– Сначала она была в ступоре, – говорит Сергей Королев, – пришлось пройти курс у психотерапевта. Папа, мама нас поубивают, нас всех уничтожат – это все, что я мог добиться от Нади. В офисе она была никакая, твердила: «Это я взяла, я взяла». При этом и я был в шоке от услышанного: Крамар говорил мне, что моя дочь колется (чтобы объяснить, куда дела деньги). А до этого мне ее только хвалили…

Читайте также нашу СПЕЦИАЛЬНУЮ рубрику “КРИМИНАЛ, ПРАВООХРАНИТЕЛИ, КОРРУПЦИЯ”

Выяснив истину, Сергей Королев обратился к Лозовской, которую знал лет 10, в надежде объяснить, что ее обманывают ее же подчиненные, а Надю делают крайней. Лозовская выслушала с большим интересом, но наняла киевских коллекторов, которые стали грозить Королеву расправой. Он предлагал компенсировать недостачу при условии, что сумму разделят на всех, кто имел доступ к кассе…. Поделился с Лозовской своей версией кражи: 2 миллиона «изъяли», чтобы подставить ее, Лозовскую (показать какой у нее творится бардак в Донецкой конторе) и избавиться от нее. Светлана Константиновна согласилась, что версия весьма похожа на правду, но осталась непреклонна в своем желании сделать «козлами отпущения» самых беззащитных.

Как там разбирались между собой эти «пауки в банке» мы вряд ли узнаем. Но скандал отразился на карьере героев: прошлым летом Михаила Крамара и Елену Ростецкую уволили. У Лозовской, по слухам, тоже большие проблемы с киевскими партнерами… Но эти люди не привыкли отступать.

– Я предлагал отдать все, что у нас есть – машину, дом… Но в обмен на то, что они уничтожат эти договора займа! – говорит Королев – Но Лозовскую и это не устроило! Месяца через два с половиной они поняли, что как-то в суде не клеится. А я сказал: не хотите «по-нормальному», пусть все будет по закону. Вас там, как видно, действовала целая группировочка! Решили спокойненько эти деньги закрысятничать, а потом поделить? Так вот я за всех вас платить не намерен.

Машина с «мальчиками из Фокстрота» постоянно следила за Королевым, коллекторы становились все откровеннее: «Будешь наказан очень сильно». Лозовская грозила: «Уничтожу твою семью». Но Сергей Королев все равно не мог поверить, когда в сентябре с.г. услышал от «убоповцев»: Барсук, член горловской группировки, ищет на тебя киллера.

Видимо, заказчики считали, что достаточно будет Королева изуродовать, и тогда его семья безропотно выполнит все их требования. А, возможно, поняли, что уже и от самого Сергея начала исходить для них реальная угроза. Его вынудили защищать своих близких, а загнанный в угол, всякий отец становится опасен.

25 сентября без четверти восемь Королев вернулся из киевской командировки (на этот же день было назначено очередное заседание у судьи Ирины Бухтияровой). Как обычно по дороге на работу заехал домой, чтоб отвезти жену. Посигналил – мол, выходи. Представьте состояние женщины, когда она услышала выстрелы, визг тормозов… Увидела кровь на асфальте, пистолет… Семья ни малейшего понятия не имела, что это все “понарошку”. На месте происшествия побывали правоохранители всех уровней, велся протокол. Некоторые видели, как какие-то мужики раненого Королева запихнули в свою белую «девяносто девятку».

Инсценировка была рассчитана на юриста «Фокстрота»: Васьковские – соседи Королевых. И Сергей Степанович убежден, что Васьковский докладывал своей хозяйке каждый их шаг.

В ночь на 26-е Пиуна и Давыдова («Барсука») задержали при передаче второй части денег. Договаривались, что за 2000 долларов “киллер” как следует измочалит жертву и сделает калекой. Но похищенного вместе с угнанной девяткой утопили в ставке, так рассказывал «киллер», то есть надо бы накинуть долларов 800. В результате ожесточенных торгов (Пиун боролся за каждый доллар) ударили по рукам – картина преступления приобрела завершенные формы.

Лозовскую и Крамара задержали на следующий день. Формально не за заказуху, но всем понятно: у Пиуна просто не было собственных причин для расправы над Королевым. Это нужно было тем, кто хотел повлиять на скорейшее решение по иску о возврате неизвестно кем украденных миллионов.

Сам судья попросил защиту потерпевших… обжаловать его решение

Статьи: 146 (незаконное лишение свободы), 189 (вымогательство), 355 (принуждение к выполнению гражданско-правовых обязательств), 222 (мошенничество с финресурсами) – все четыре отмел судья Мищенко. «Отмыл» рядового охранника Пикалова и нерядовых Лозовскую с Крамаром. Которые формально пока подозреваются лишь в «воздействии» на Надю. Что касается договоров займа… здесь речь идет о споре, который надо решать в гражданской плоскости, уверяла защита подследственных, и Ворошиловский суд с нею согласился. Жалоба, касавшаяся покушения на мошенничество с финансовыми ресурсами («Фокстрот» пытался незаконно возместить НДС и предоставил налоговикам неправдивые сведения), по мнению судьи Мищенко тоже должна быть удовлетворена. Не было, понимаете ли, даже поводов к возбуждению дела. Вымогательство, незаконный «арест» Нади? Нет даже признаков совершения этих преступлений – расследовать нечего!

Огласив такие выводы, судья Мищенко… попросил защиту потерпевшей обжаловать его же решение. Прозрачно намекая, что и судьи – не боги, имеют свих начальников…

Надо сказать, что на этом этапе (когда речь идет лишь о возбуждении дела) доказательная база вообще не исследуется, но Ворошиловский райсуд забрался в дебри оценки доказательств. Чем превысил свои полномочия, как считает прокурор Ворошиловского района, подавший апелляцию.

– Постановление суда первой инстанции явно незаконно и подлежит отмене, – сказал председательствующий в апелляционном заседании судья Александр Чепур. – Ворошиловский райсуд нарушил уголовно-процессуальное право, которое регламентирует порядок рассмотрения жалоб на постановления о возбуждении уголовных дел, и его решение носит явно предвзятый характер. Что недопустимо…

Таким образом, несмотря на сильную защиту обвиняемых и мелкие погрешности в работе следственных органов, Донецкий апелляционный суд принял пока что на редкость принципиальное решение. Но будущее «фокстротовских» уголовных дел, как и будущее семьи Королевых – туманно.

– Что вы колотитесь, когда тут всего лишь покушение… – комментирует по-приятельски известный донецкий адвокат. – Вон о Гиви Немсадзе ничего не слышно, а там не покушение, а осуществленные заказные убийства, коих  множество!.. Помните, какая была шумиха вокруг раскрытых областным розыском заказных убийств начала 90-х! Откопали братские могилы – написали все газеты. А потом сообщалось об экстрадиции в Украину чуть ли не самого Гиви… И что же? Тишина! Все задержанные давно отпущены, а дела уничтожены.

Анжела АМБАРЦУМЯН, специально для PRO-TEST

Общественное объединение «Антирейдер»

2 168 переглядів

Комментариев нет

No comments yet.

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Sorry, the comment form is closed at this time.

ТАКОЖ ПО ТЕМІ

ОСТАННІ РОЗСЛІДУВАННЯ


БанкИск - Сообщество обманутых банками клиентов
Украина онлайн статистика Спротив. Часопис про свавілля влади та громадський спротив незаконним діям