RSS

“ПОСЛЕДНЮЮ ЭСЭМЭСКУ С УГРОЗАМИ МУЖ ПОЛУЧИЛ В ДЕНЬ СМЕРТИ. ПОД СООБЩЕНИЕМ СТОЯЛА ПОДПИСЬ “АЗАЗЕЛЬ”, –

мая 19, 2008

вспоминает Богдана Пивненко – вдова бизнесмена и мецената Владимира Шульги, ушедшего из жизни 40 дней назад

Ольга УНГУРЯН “ФАКТЫ”

 Скоропостижная смерть в райуправлении столичной милиции 50-летнего Владимира Шульги – основателя компании бытовой техники “Фокстрот”, одного из ключевых свидетелей по делу об отравлении Виктора Ющенко – вызвала волну публикаций в прессе. “Идеальное убийство под видом несчастного случая” – это предположение нередко звучало в СМИ. Официальная же версия правоохранителей гласила: Шульга скончался от острой сердечной недостаточности… Буквально за несколько дней до смерти он был на концерте в Союзе композиторов. Здесь презентовали CD-антологию современной украинской музыки – увидели свет сразу семь компакт-дисков. Как отмечалось на пресс-конференции, это стало возможным благодаря поддержке бизнесмена и мецената Владимира Шульги. В финале концерта звучала скрипка – играла солистка национального ансамбля “Киевская камерата”, заслуженная артистка Украины Богдана Пивненко. Игру своей жены Шульга слушал, держа на плечах маленького сына. А рядом стоял отец Богданы – народный художник Украины Иван Марчук…

“Будет по-всякому, но скучно не будет”

 – Мы познакомились с Володей благодаря моему отцу, – рассказывает Богдана Пивненко, овдовевшая в 31 год.

– Наверное, встретились в мастерской Марчука? Известно, что Владимир Шульга был большим ценителем творчества художника, именно он познакомил его с Виктором Ющенко, а портрет тогдашнего кандидата в президенты кисти Марчука называли вещим – он словно “предсказал” отравление Ющенко…

– Да, это так. Володя знал отца с 2000 года и сделал для него, по-моему, больше, чем кто-либо другой. Но наша первая встреча случилась не в мастерской, а в кафе “Квартира Бабуин” на Подоле… В тот день я прилетела с гастролей, зашла к отцу. У него накануне была презентация книги (в монументальном издании о творчестве Ивана Марчука представлено почти 1000 репродукций его картин. – Авт.). И отец сказал, что Володя Шульга, благодаря которому вышла книга, пригласил его в кафе – посидеть вечером после третьего тура президентских выборов в компании “болельщиков”. Был декабрь 2004 года, тогда еще все переживали за итоги голосования… Отец поначалу не хотел идти, он не любитель компаний. А я советовала ему не отказываться. “Ладно, – говорит, – пойду, но только вместе с тобой. Чтобы уютней себя чувствовать”. И мы отправились в кафе.

Помню, Володя сидел напротив, все больше молчал. Меня расспрашивали о гастролях, я жила тогда по графику – три недели за рубежом, неделя дома. Допытывались: почему не хочу остаться жить за границей? И тут вдруг Володя говорит: “А я знаю, почему. Потому что там – одиночество”. Он абсолютно точно почувствовал…

На следующий день отец сообщает: “Знаешь, Володя приглашает в ресторан нас вдвоем. Идем?” “Конечно, – говорю, – идем”. Так начался наш роман. В Володю нельзя было не влюбиться!

– Разница в возрасте вас не смущала?

– Я ее совершенно не чувствовала. На Новый год – мы встречали его на Майдане, как и многие тогда – он сказал мне: “Будет по-всякому, но скучно не будет”. Так и вышло. Скучать рядом с ним было невозможно – шквал энергии, эмоций, сюрпризов. Вскоре после знакомства объявил: “Все, завтра летим в Питер. На джазовый концерт. Вот билеты!” Я опешила: как – завтра? Не могу! Но… мы полетели.

Володя собрал уникальную коллекцию джазовой и рок-музыки – около двух тысяч дисков. И очень ею дорожил. Однажды признался, что своей первой жене оставил все, а забрал только эту коллекцию… Наш сын Богданчик, как только научился ходить, принялся “исследовать” записи. Спасло коллекцию то, что мы приучили сына доставать диск и сразу же приносить нам. “Молодец, Богдан, – хвалил его Володя, – какой хороший концерт нашел. Это же Питер Гебриэл! Сейчас послушаем!” Он любил Гебриэла, особенно концерт “Фокстрот” с его участием. Собственно, и название компании – “Фокстрот” – Володя придумал под впечатлением этого концерта…

– Скажите, а имя сыну кто выбрал?

– У меня сохранились все Володины эсэмэски с уговорами. Ночью я родила, а рано утром приходит сообщение: “Богдана родила Богдана?” Потом звонок: “Ну что, договорились?” На третий день я сдалась… Он страшно гордился, что у него “два Богданчика”. В шутку называл нас с сыном своим тайным оружием…

“За Володей следили”

– Помню, как вы исполняли “Колыбельную” на презентации диска Евгения Станковича – видно было, что скоро станете мамой…

– Перед родами я еще записывала концерт для скрипки с оркестром, – рассказывает Богдана Пивненко. – А спустя три месяца после появления Богданчика уже играла на сцене. Очень быстро вернулась в форму. Из-за того, что сын “перепутал” день с ночью. Полночи с ним проводил Володя, полночи я. Днем Богдан спал, а я… репетировала. У мужа, в силу обстоятельств, офиса уже не было. Он работал в основном дома. Комнаты у нас проходные… Но Володе нравилось, когда я играла. Он очень верил в меня. И переживал, что я пока играю на арендованном инструменте, хотел подарить первоклассную скрипку.

– Часто делал подарки?

– Да. Причем не нарочито, а так, чтобы это стало сюрпризом. В день рождения говорит: “Угадай, где твой подарок!” Ищу кругом по квартире – ничего нет. Тут он не выдерживает: “Ну, выгляни в окно!” А мы живем на 15 этаже. И он ждал, что я догадаюсь посмотреть вниз, во двор, и разгляжу машину… А на днях мне передали вот этот “карманный” компьютер (“ай-фон”) размером с мобильный телефон. Володя приобрел его раньше и хотел сделать мне сюрприз. Такой вот посмертный подарок…

– Скажите, вы предчувствовали беду?

– Два года назад в Володю стреляли. Я опасалась за его жизнь… Знаете, у кинорежиссера Милоша Формана есть фильм “Рэгтайм”, муж его очень любил. Фильм о человеческом достоинстве. Там герой, негр, знает, что его убьют, но он не может изменить своим принципам. Володя тоже не мог поступиться принципами. Они, а не деньги, для него были главным.

Когда в интернет-изданиях появилось много грязных статей о нем, Володя решил написать, как все обстоит на самом деле. В интернет-интервью “Однажды на улице Довженко…” он рассказывает и о том, как заработал свой первый миллион. На эту тему редко кто из наших бизнесменов рискнет “исповедываться”. Случалось, он вечером работал над интервью в кафе “Ника” возле нашего дома. И вот однажды возвращается оттуда с… шарфиком и сумкой листовок. Со смехом рассказывает: возле кафе случайно услышал, как двое пацанов шуршат скотчем. Потянул одного за шарфик: “Что вы тут делаете?” Они наутек. А на листовках было напечатано “Наш мэр Шульга…”

С середины января нас начали донимать телефонные звонки “по объявлению”: “Вы сдаете квартиру?”, “Вы продаете квартиру?”, “Здесь оказывают сексуальные услуги на дому?..” Даже после смерти Володи еще несколько дней звонили… Я знаю, что в последнее время он получал “эсэмэски”, в которых фиксировалось, где он находится в тот или иной момент.

– То есть за ним следили?

– Да. Например, приходило сообщение: “Ну, как тебе это блюдо? Привет от “Феллини”. А он находился в этом ресторане… После презентации в Союзе композиторов поступила эсэмэска: “Почему ты не празднуешь вместе с женой?” Володи не было на фуршете, после концерта он дожидался меня в другом месте…

Уже потом я узнала, что накануне гибели он получил сообщение: “Я бы на твоем месте уехал на несколько месяцев”. А в день смерти пришла эсэмэска: “Касатка, перед тем как съесть морского котика, играется с ним до тех пор, пока не надоест. Ты ведь понимаешь!” Под ней стояла подпись – “Азазель”.

“В том, что это убийство, я не сомневаюсь”

– Меня не было в Киеве в тот день, когда Володю убили, – продолжает Богдана Пивненко. – В том, что это убийство, я не сомневаюсь… Вечером во вторник мы разговаривали по телефону. Я только что отыграла концертную программу в Запорожье и осталась для проведения конкурса на музыкальном фестивале. Володя был в прекрасном настроении. Сказал, что любит меня и гордится мною. Пообещал похудеть к моему приезду (почему-то решил сбавить в весе, хотя и без того был в прекрасной форме). Уточнил, в котором часу приеду – он всегда встречал из поездок… А в среду вечером, когда я сидела в жюри на конкурсе, позвонил наш друг: “Володя не берет трубку”. Я набираю его номер – не отвечает. Звоню водителю, он говорит: “Стоим перед райотделом милиции уже часа три”. Адвокат Петр Бойко по телефону успокоил: “Не волнуйся”. А через полчаса позвонил: “Богдана, Володи больше нет. Выезжай в Киев”. Я не поверила. Думала, это розыгрыш…

– В прессе сообщалось, что последними словами вашего мужа, сказанными по телефону адвокату, было: “Тут собрались уже пять человек, на мне порвали рубашку…”

– Володя не носил рубашек. На нем была черная футболка… Меня не было рядом с ним в тот момент. Что произошло, должны выяснить компетентные органы. Но сомневаюсь, что они в этом заинтересованы. Когда я забирала Володины вещи из милиции, уголовное дело еще не было возбуждено. Посчитали, что это несчастный случай. Сердце…

– У супруга были проблемы со здоровьем?

– Он перенес операцию на сердце в 1991 году. И если до нее у него были какие-то проблемы со здоровьем, то потом на самочувствие он не жаловался. Слабое сердце просто не выдержало бы тех стрессов, которые ему довелось пережить за минувшие годы.

Володя каждое утро делал пробежки. И по 90 раз отжимался от пола! Богданчик так смешно его копировал: ложился рядом и тоже начинал “качать пресс”… Первые дни без Володи сын сильно плакал. Он привык: приходит отец, и они начинают вдвоем танцевать. И купал Богданчика только муж. Тоже под музыку.

Знаете, я ведь всегда играла для Володи. А сейчас… Все бы отдала, чтобы вернуть эти три года и три месяца, когда мы были вместе.

газета “Факты”

2 050 переглядів

Комментариев нет

No comments yet.

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Sorry, the comment form is closed at this time.

ТАКОЖ ПО ТЕМІ

ОСТАННІ РОЗСЛІДУВАННЯ


БанкИск - Сообщество обманутых банками клиентов
Украина онлайн статистика Спротив. Часопис про свавілля влади та громадський спротив незаконним діям